заболеванием, которое невозможно было не узнать с первого же взгляда. Изъеденные проказой лица жителей шарили по мне жуткими, непонятно чего ожидающими глазницами. Я уже видел лепру раньше, но на ранних стадиях и под контролем больниц. Здесь же… прокажённые просто доживали свой век, день за днём пополняя ряды как больных, так и мертвецов. Никому не пожелаешь такой незавидной участи.
— Мы уже были у лорда Скорпио, просили лекаря, — сказал обречённо бедуин, — но нас выгнали, велев передохнуть здесь, но не заражать «нормальных» людей.
— Ничего, это ничего, — пробормотал я, искренне надеясь, что моя магия распространяется и на инфекционно-бактериальные болезни. — Сейчас попробуем… Люди, прошу вас! Снимите с себя всю одежду и сложите её в домах! Через час соберитесь все на той стороне скалы! Прошу, помогите тем, кто уже не может ходить, а также не берите с собой никаких вещей. Господин бедуин, распорядитесь принести сменную чистую одежду, но пока оставьте её около деревни.
Часа хватило на то, чтобы всё это организовать. Больные вызывали у меня страх и сочувствие, так что я сразу принялся кастовать скиллы, чтобы не заставлять их в таком виде находиться дольше, чем требуется. Они не возникали, просто послушно грудились, насчитывая половину стариков и четверть детей. Да уж, вот так — попасть в подобную ситуацию, не имея возможности получить помощь. Эти Скорпио вызывали во мне всё больше злости.
— Скачки чар, — сказал я, выставив ладонь. На ней загорелась печать, чтобы усилить чары.
Розовый свет отскочил от первого больного, разлетаясь по остальным. Я повторил заклинание раз пять, чтобы оно попало на каждого. И уже следом выпустил «Исцеляющий свет» тоже несколько раз. А потом, когда полез искать то заклинание с прорастающим исцеляющим семенем, заметил новый поглощённый скилл.
— Бессмертие? — вслух удивился я, с любопытством склонив голову набок. — Неужели от леди Таурус подцепил?
Решив, что потом почитаю о новом скилле, я вернулся к прокажённым. К моему удивлению, они уже чувствовали себя гораздо лучше. Я пока переживал, что этого маловато, так что запустил бабочек, резво упорхнувших от меня, а также, наконец, нашёл те семена, раздав их больным. Конечно, их отчуждённое поселение мы полностью сожгли. Этих определили на карантин, чтобы я на обратном пути проверил, точно ли всё сработало. Не исключено, что они только внешне поправились, а сама болячка никуда не делась.
Но большего я пока не мог сделать, так что попросил проводить меня всё-таки. Бедуин своё слово сдержал, одарив двумя одинаковыми с лица девушками. Красивые, с карамельной кожей и чёрными косами, они были веселы и приветливы, хотя я видел, насколько закалены тренировками их тела.
Мы выступили в дорогу немедленно, уже потом познакомившись. Они назвали мне общее имя, сказав, что не отделяют себя одну от другой. Одно целое, созданное, чтобы убивать, кромсать, калечить, нести справедливость и возмездие. Что ж, звучало хорошо. Хотя я был и не уверен, что эти милашки помогут мне справиться со Скорпио. Там армия таких сноровистых потребуется, вероятно.
Но всё же я продолжал путь, боясь, что не успею до заката. К моему счастью, дорога оставалась совсем недалёкой. Солнце ещё даже не приблизилось к горизонту, а мы уже вошли в ворота владений Скорпио. До дворца было рукой подать — я даже видел его издалека, чувствуя, что должен подпортить планы этим ублюдкам.
Глава 9
Погода не знала пощады. Солнце заливало рыхлые пески, которым, казалось, нет конца и края. На небе ни единого облачка, способного скрыть эту пустошь от яркого светила.
По обе руки от меня, стараясь поспеть за моим шагом, брели две девушки, принятые в дар от старшего бедуина. Они представились как Тэя и Нэя, но после спешного знакомства упорно держали рот на замке. Выносить эту могильную тишину стало невыносимо в тот момент, когда мне начало неизбежно напекать голову, отчего в глазах плясали чёрные кляксы.
Мученически вздохнув, я обратился к ним обеим:
— Расскажите что-нибудь. А то я чувствую себя каким-то деспотичным тираном, насильно заставляющим девиц через пески шарахаться.
Девушки переглянулись между собой, и ответить изволила Нэя:
— Не думайте так, пожалуйста. Сказали бы сразу, что вас напрягает тишина. Мы почему-то, наоборот, подумали, что вы предпочитаете молчание пустой болтовне.
— Но мы расскажем, — вклинилась в разговор Тэя. — Только что вас больше интересует?
— Давайте на «ты». Не настолько уж я стар.
Девушки кивнули и пожали плечами, мол, да пёс знает, сколько тебе, внешность вообще зачастую обманчива. На их выражения лиц я никак не отреагировал, вместо этого призадумался. Так сходу в голову ничего не приходило: я их совершенно не знал. Не понимал, в какую сторону простираются их знания, — мне не на чем было попросту акцентировать внимание. Потому спросил я самое банальное, на что у меня хватило фантазии:
— Как вы попали к Старейшине?
На меня вопросительно и в какой-то степени настороженно уставились две пары глаз.
— С чего ты решил, что мы не родились там? — Тэя прищурилась.
— А это не очевидно? — я скептически изогнул бровь. — Вы же явно отличаетесь от жителей деревни. Не та походка, не тот взгляд, которым должны окидывать родные места. Вам это всё было чуждо. Да и на того бедуина смотрели вы с уважением. Никто более не удостаивался такой «чести», — с сарказмом добавил я.
— Но это не… — поспешила возразить Нэя, но была перебита мной. Я закатил глаза.
— Ой, да ладно! Считайте, что я просто наблюдательный.
— Ну… хорошо, — несмотря на колебания, всё же сдулась Тэя. — Ты прав: эта деревня не является нашим настоящим домом. Попали мы туда впоследствии. Наша мать умерла при родах, и за воспитание взялся отец. Он был выходцем клана Кантовук, находившимся под протекцией дома Скорпио. Развитие наших способностей взяло курс на разные боевые искусства, в том числе искусство обращения с оружием и наделения его магическими свойствами. Как к этому всему относится Старейшина?.. — Тэя прикусила губу и покосилась на сестру. — В один из дней он проезжал мимо дома Скорпио и на тренировочной площадке за домом заметил нас. Я точно не знаю, что заставило его тогда остановиться и пойти на переговоры с главой дома, но… итог сейчас перед твоими глазами. Мы живы, не сломлены и готовы отплатить
